prev news Тайны шоу-бизнеса: Как создаются хиты миллионов
пластическая хирургия

Человек, который знает о красоте все: Эксклюзивное интервью с пластическим хирургом Юрием Алтуняном

Георгий Цихисели

Российский косметолог и пластический хирург Юрий Алтунян в интервью Георгию Цихисели эксклюзивно для интернет-канала "Независимые" делится взглядом профессионала на женскую красоту

Цихисели: Как вы относитесь к пожеланиям "Красоты тебе, человек" - это оскорбление или это искренне?

Алтунян: Пожелания красоты - это, наверное, оскорбление, особенно для девочки, они это остро воспринимают. То есть если девочка хочет в себе что-то исправить, она не хочет об этом слышать ни от кого. Она сама хочет принять решение, сама прийти к этому и чтобы это не были толчки со стороны окружающих, "в тебе вот это не так или вот это". Я думаю, что никому не будут приятны такие советы.

Цихисели: Вам часто приходиться выступать в роле психолога? Когда крайне недовольные собой по абсолютно необъективным причинам девушка или юноша приходят и говорят, что хотят исправить все на свете, вы смотрите и говорите, что исправлять там вообще ничего не нужно. Приходится вам выступать в роле мудрого человека, который говорит, что нет, исправлять ничего не нужно? Как вы это говорите?

Алтунян: Это грань между врачом и бизнесменом. У меня всегда перевешивает врач, потому что я, во-первых, родился в семье и в роду врачей. Но тут есть еще один нюанс и прошу его никогда не списывать со счетов. Если ты откажешь пациенту даже обоснованно, то не нужно забывать о том, что пациент может уйти к другому специалисту, сделать то же самое, что он мог сделать у тебя. Сделать лучше или хуже - мы это сейчас обсуждать не будем, но суть в том, что ты просто потеряешь пациента. А мы все-таки делаем все, чтобы их получить. Тут все-таки правильнее подойти с психологической точки зрения, посмотреть, насколько серьезны мотивы пациента, насколько он действительно к этому пришел, есть ли у него какие-то сомнения. Как только я на консультации принимаю решение, что пациент готов, он хочет получить ту или иную процедуру, операцию, услугу, то начинаю с ним уже более подробную беседу, потому что я убежден и всегда советую коллегам, чтобы не было в дальнейшем никаких проблем и разногласий: пациент на берегу должен знать, что его ждет в море. О всех осложнениях возможных, о всех возможных нюансах, подводных камнях и много еще чего пациент должен знать заранее. Тем самым ты правильно и качественно делаешь свою работу, тем самым ты себя ограждаешь от неприятных разговоров, от неприятных обсуждений. Если, допустим, делаем процедуру иголкой и пациент получает синяк, он должен знать об этом заранее, потому что некоторые думают, что гематома - это неправильные действия врача. Так что это все должно объясняться на консультации.

Цихисели: Сложно было превратить вашу работу в блог? Ведь чтобы блог стал блогом, ваши пациенты должны соглашаться, чтобы даже часть их фото была опубликована, чтобы ее увидели и не дай бог узнали. Сложно было уговорить людей согласиться?

Алтунян: Изначально мой блог делался со всем с другой целью. Объясню, что я имею в виду. Человеку любому, то есть пациенту, проще доверить свое лицо и свое здоровье специалисту, которого он знает. Цель моего блога была в том, чтобы люди меня узнали, не только мою профессиональную деятельность, а, скажем так, мою жизнь, узнали о ней больше, поэтому если мы говорим про блог, который я веду, - я рассказываю о себе, о своей семье, о том, как провожу время, как отдыхаю. Это сложно. На это иногда не бывает времени, иногда не бывает настроения, иногда не знаешь, что опубликовать, какое видео, какую фотографию. Девочкам проще: здесь я у елочки, здесь я по снегу гуляю. Мужчинам в этом плане гораздо сложнее, мы любим фотографироваться на фоне своих машин или на фоне чего-то мужского. Если мы говорим по поводу профессиональной деятельности - у меня никогда не возникало вопросов, пациенты были всегда согласны, чтобы их публиковали в инстаграме. Были нюансы, связанные с тем, чтобы людей не отмечали. У меня 99,9 % публикаций, где я выкладываю отзывы, выкладываю процедуры до и после, у меня всегда ссылка на пациента. Это честно, потому что если этого нет - таких отзывов можно за 5 минут по 20 штук написать с телефонов своих друзей. Второй момент в том, что я сам не люблю просить пациента "давайте я вас сфотографирую", мне самому это неловко. Обратите внимание: у меня очень мало таких работ, потому что я стесняюсь подойти и попросить пациента сфотографироваться до и после. Иногда заходишь на страницы коллег и видишь, что они по несколько фотографий в неделю выкладывают.

Цихисели: Есть такой тренд, когда знаменитости честно говорят о том, что сделали нос, грудь - полностью рассказывают о том, что они сделали с собой, какие трансформации были при помощи пластической хирургии. Как вы относитесь к таким выкладываниям?

Алтунян: Очень положительно. Если я себе сделаю какую-то липосакцию, то я, как специалист, крутящийся в этой области, тоже напишу об этом.

Цихисели: Есть такое понятие, как мода в пластической хирургии? Что сейчас самое популярное, самое трендовое?

Алтунян: Помимо того, что есть мода, в разных частях России по-разному относятся к моде. Я веду приемы в Сочи, в Краснодаре, в Ростове, в Пятигорске, ну и у нас своя клиника в Москве. На юге я обратил внимание - не знаю, откуда это пошло, мне кажется, что эту моду задают косметологи, а не пациенты, - при коррекции, увеличении губ почему-то верхнюю губу делают больше нижней, хотя от природы у нас верхняя губа всегда меньше, чем нижняя. Для меня всегда это было шоком.

Цихисели: Вам приходилось краснеть за результаты своей работы?

Алтунян: Да, приходилось. Расскажу этот случай, не считаю его стыдным. Я получил осложнения от процедуры ботокса, получил от пациентки, которая 7 лет ходит ко мне и не разу не было осложнения. По какой причине оно произошло - ни я, ни пациентка объяснить не можем. Вероятнее всего, на процедуре что-то пошло не так, но я не могу это вспомнить. То есть делаешь процедуру, пациент приходит к тебе неоднократно, но что мне понравилось: когда пациентка пришла, чтобы сделать коррекцию, выровнять все, что получилось, то говорила, что муж ей сказал "зачем идти к тому же доктору, который сделал не так, как нужно было". На что она сказала, что этот врач всегда отвечает за свои поступки и действия, он всегда на связи и он всегда мной займется. Это очень важно. Я с пациентами всегда на связи - это важный момент, я сам их записываю, я сам их консультирую по телефону, хотя у меня есть возможность нанять помощниц, которые будут общаться. Пациент должен чувствовать, что не только до процедуры, не только до операции, но и после доктор всегда на связи.

Цихисели: Можно говорить о том, что у вас очень популярный инстаграм и он вам приносит существенный доход?

Алтунян: Ни копейки. Я ничего не рекламирую, моя страница создана для того, чтобы продвигать то, чем мы занимаемся. Мне это не интересно, я не хочу рекламировать на своей странице продукты, которые не связаны со мной и какие-то сомнительные.

Цихисели: У вас бывали звездные пациенты?

Алтунян: Звездных пациентов очень много, но это обидная история. Очень много звезд заключают контракты с разными клиниками, они рекламируют эти клиники на своей странице, но зачастую эти звезды не прибегают к услугам той клиники, которую они рекламируют. То есть приходя к нам, они заведомо рекламируют другую клинику, просят сделать им какие-то процедуры, то есть они доверяют, они делают.

Цихисели: Есть ли гарантия, что после пластики получишь внешность, которую хотела?

Алтунян: Очень многие пластические хирурги, когда консультируют пациента, делают фотографию до, а потом в фотошопе начинают показывать, как это будет выглядеть после. К сожалению, это только приблизительный результат, потому что очень сложно предугадать, как мягкие ткани будут себя вести в том или ином положении после операции или после каких-то процедур. Поэтому гарантировать пациенту, что он будет выглядеть именно вот так, - это неправильно. Гарантии нет, что ты получишь конкретно ту внешность, которую хотела, потому что мягкие ткани зачастую ведут себя не по сценарию.

Цихисели: С какого возраста целесообразно делать пластику?

Алтунян: Любая процедура, любая операция только по показаниям, возраст не имеет никакого значения. Если у пациента что-то с носом, не важно, 18 ему или 25. Если есть показания - можно делать операцию, можно делать процедуру.

Цихисели: Опасная операция?

Алтунян: Любая операция опасная. Все, что делается скальпелем, особенно если делается под наркозом, все имеет определенные риски, но поверьте, пластическая операция не более опасна, чем любая другая хирургическая манипуляция. Есть сложные операции, например, круговая подтяжка лица - достаточна сложная операция.

Цихисели: Правда, что говорят, будто нельзя делать подтяжку до 60 лет?

Алтунян: Нет, неправда. Все по показаниям. Бывают такие пациенты, которым и в 60 не надо ее делать. Иногда в 45 такой пласт ткани возрастной, что уже есть показания к операции, поэтому тут возраст не имеет значения.

Цихисели: Исправлять ошибки других пластических хирургов приходилось?

Алтунян: Нет, не приходилось. Если только брать какие-то мелкие ситуации, когда был некрасивый шов, некрасивый рубец - поправляли. Это легкая косметика, которую может сделать и ординатор. Если говорить про косметические процедуры, мы это делаем постоянно - особенно на юге России.

Цихисели: Бывает, что после пластики остаются какие-то заметные последствия?

Алтунян: Да, бывают. Я приведу банальный пример: операция по груди. Есть разные доступы для данной операции. Есть предпочтительный доступ в подмышечной впадине, потому что минимализируются следы, но доступ имеет риски, потому что очень много потовых желез и когда помещается имплант в ложе, то мы можем занести инфекцию.

Новые соцсети: Смогут ли они побить рекорды популярности... next news

Новости по теме